На фото. Н.Хрущев рассматривает обломки самолета.

Вадим Кофман имеет самое прямое отношение к одному из наиболее громких эпизодов "холодной войны" - задержанию американского самолета-шпиона под управлением небезызвестного Фрэнсиса Пауэрса, который задолго до Матиаса Руста сумел обойти советские противовоздушные системы и долетел аж до Екатеринбурга.

СЛУЧИЛОСЬ это 1 мая 1960 года. Вадим Григорьевич тогда находился на испытательном полигоне Капустный Яр, где служил военным представителем. Его задачей, в числе прочих, была настройка противосамолетных комплексов. Эти комплексы потом развозили по всей стране, но главных направлений было четыре: московское, ленинградское, бакинское и уральское. Время тогда было тревожное, а угроза третьей мировой войны совсем не призрачной.

Коридор смерти

- ПРЕЖДЕ чем отправить комплексы на боевую позицию, мы их досконально проверяли, - рассказывает Вадим Григорьевич. - Иногда даже приходилось сбивать самолеты.

- Вражеские?

- Почему? Наши, советские. Летчики, конечно, при этом катапультировались заранее, а самолет шел на автопилоте. Но не думайте, что летел по прямой. Нет, самолет постоянно менял скорость, летчик намеренно задавал машине так называемое качание, то есть мотал самолет из стороны в сторону, вел его зигзагами. Мы на комплексе старались его не потерять, чтобы послать ракету точно в цель. Наконец, когда самолет входил в "коридор смерти", летчик получал приказ покинуть борт.

- Разве это не было опасно? Вдруг не успеет?

- Что вы, у нас все летчики были настоящие асы! Помню Мишу, якута по национальности, у него прозвище было Шифоньер - богатырь! Он стал Героем Советского Союза, а Жуков ему дал звание подполковника. У нас, кстати, именитые люди частенько бывали. Я со всеми министрами обороны встречался, от Василевского до Устинова. Суровостью отличался Жуков, постоянно стучал по столу, твердил: "Работайте, работайте! Американцы летают, где хотят, даже в зоне московского ПВО! Над Моршанском летают!"

- А не было ли это расточительством - сбивать целый самолет, чтобы проверить комплекс?

- Так ведь не всегда сбивали. А потом время тогда такое было, с тратами не считались. Хотя был один эпизод… На полигон приехал сам Хрущев. Вся наша бригада лежала у техники неподалеку на тот случай, если Никита Сергеевич захочет проверить, как мы работаем. Степь кругом. Я вокруг брезента шерстяную веревку натянул против змей и пауков. Хрущев совсем рядом, под навесом с начальством толкует. Вдруг спрашивает, сколько стоит комплекс. Ему отвечают, что 27 миллионов рублей. Хрущев помрачнел, покачал головой и говорит: "Ну и обираете вы народ!"

Склад закрыт, снарядов нет

- ВЫ помните тот день, когда сбили Пауэрса?

Пауэрс возле самолета.- Конечно! Жарко тогда было. Капустный Яр-то ведь в степях на Нижней Волге. Столы вытащили на улицу, чтобы 1 Мая отметить. Очень сильно мы от жары страдали: в кабинах полно аппаратуры первого и второго поколения, все на лампах, которые сильно нагревались. Американцы не дураки были, когда велели шпиону именно 1 мая лететь: знали, что все партийное и военное начальство на параде будет.

- Как же получилось, что Пауэрс долетел до Урала?

- Он вылетел со стороны Ирана и не хуже нас знал, где какие комплексы стоят. Поэтому петлял между ними, чтобы затруднить нам работу. До смешного доходило. Как только Пауэрса заметили, подняли в воздух наш перехватчик. А толку-то? Ведь летчик даже не мог боевые заряды получить! Они на складе были, а склад закрыт по случаю праздника! Представляете? Покрутился наш самолет возле шпиона, да и отстал. А Пауэрс дальше летит. Его все видели, а инициативу проявить боялись - мало ли что. Стали названивать начальству, а те на всяких мероприятиях. Хрущев вообще на трибуне Мавзолея стоит. Вот так Пауэрс долетел до Полевского, что к юго-западу от Свердловска.

Там комплексом командовал подполковник Воронин, мужик смелый и крутой. Он и отдал приказ сбить шпиона. Выпустили две ракеты, как положено: одна обычно бьет, а другая подстраховывает. Но вначале подняли перехватчик. МиГ нагнать-то американский "Локхид" нагнал, а подняться до него не мог. Тогда наши самолеты летали на высоте 17 тысяч метров, а Пауэрс шел на высоте 22 тысячи. Наш самолет открыл предупреждающий огонь, и только потом пустили ракеты с комплекса. К сожалению, первая ракета попала в МиГ, который летел ниже. Летчик погиб. Вторая ракета сбила американца. Пауэрс успел катапультироваться.

- Но неужели американцы надеялись лишь на то, что все начальство будет на первомайском параде?

- Уже на суде Пауэрс признался: "Меня дезинформировали. Говорили, что советские ракеты не поднимаются выше 20 тысяч метров". Про ограничение по высоте для наших самолетов американцы знали, поэтому особо не беспокоились насчет перехватчиков, а вот про то, что ракеты наши стали бить выше, не догадывались. Хотя собирали информацию усиленно. В Капустном Яре несколько раз задерживали их шпионов. Поэтому гэбистов на полигоне было не меньше, чем конструкторов.

- Вас в шпионаже никогда не подозревали?

- Были какие-то мелкие проверки. Иной раз идет навстречу тебе гэбист, улыбается, здоровается, говорит: "Как жизнь, Вадим? Слушай, запамятовал фамилию такого-то - не глянешь в записной книжке?" А я ему отвечаю: "Да у меня и записной книжки-то нет!" Дело в том, что был запрет на ведение всяческих записей. Существовал даже список предметов, которые можно носить с собой. Несколько лет я жил в одной комнате со старым своим товарищем, он тоже работал на полигоне, но в другой лаборатории. Так вот я до сих пор понятия не имею, чем он там занимался, как и он не знал о моей работе. Мы об этом никогда не говорили.

Одних наказали, других наградили

- ВАС как-то наградили за успешную операцию?

- Наградили, хотя непосредственно я там не присутствовал. Но моя подпись стояла на документах именно того комплекса, что сбил Пауэрса. После инцидента по всем военным округам и комплексам, через которые пролетел Пауэрс, проехалась специальная комиссия, чтобы выяснить, почему шпион забрался так далеко вглубь страны. В чем причина: в халатности ли, каких-то неисправностях или боязни командиров взять на себя ответственность? Соответственно кого-то наказали, а кого-то наградили. Воронин пошел на повышение. Я получил медаль "За боевые заслуги" и звание подполковника, а также письменную благодарность за подписью Хрущева.

- Вы и сейчас продолжаете работать с техникой?

- Да, налаживаю электрические сети и компьютеры. С техникой всегда был на ты. Окончил Ленинградское инженерное училище. На экзамене задание по математике, рассчитанное на 4 часа, решил за 43 минуты! А знаете, кто был председателем экзаменационной комиссии, когда я защищал диплом? Берия! Только не Лаврентий, а его сын Серго, работавший генеральным конструктором одного из ведущих КБ страны. Очень умный человек был, скажу я вам. Мы, молодые ребята, как узнали, кто будет председателем комиссии, так рты и разинули. Но я не сплоховал, защитился так, что в итоге был допущен к самым важным государственным тайнам того времени.